А давайте посмотрим на события в Персидском заливе немного с другого ракурса. Кровавая убыточная авантюра, в которую дружно отказываются втягиваться европейские союзники США по НАТО, неохотно поддакивают даже завсегдатаи из обычных подпевал, а самым ярым помощником выступает Израиль, о котором сейчас слова доброго никто не скажет. Однако все мы помним, что пан Дональд Трамп — в первую очередь бизнесмен, а уже потом политик.
В свете своего неизменного делового нутра американский президент политику рассматривает как бизнес-план по тому или иному поводу. Напомним, Трамп, используя свой нарциссический нрав, несколько раз банкротился и несколько раз возвращался в бизнес, а уж в политике вообще «попыток №…» не счесть.
Так вот, выдвинутая им лозунгом ещё на предвыборной кампании идея MAGA (Сделаем Америку великой снова) основана на накоплении и увеличении числа нефтедолларов. И в эту концепцию вписывается желание поглотить Гренландию, а также лихой наскок на Венесуэлу с похищением четы Мадуро, а также планы дальнейшей экспансии на нефтеносные страны. Только вот с Ираном всё вышло в ином ключе, о котором горе-стратега не предупредили «на берегу» в его окружении, тем более не рассказали об этом лоббисты «блицкрига» на Персию.
Вообще, эксперты всё чаще приходят к мнению, что агрессия на Иран — это дело рук сговора внутриамериканской антитрамповской коалиции, еврейского лобби США, Великобритании и кого-то из приближенных советников самого Трампа. Чуть ли ни сам Нетаньяху божился, что вместе они с Трампом смогут взять Иран за 48 часов. И там всё получится, как в Венесуэле — никто не будет возражать.
Пока Запад и Израиль строят козни и ведут разрушительные войны, Ближний Восток может после этих вмешательств поменять геополитическую карту Персидского залива. Например, стратегический ресурс Geopolitics Prime представил прогноз, как могут расположиться плашки политического домино в регионе на фоне событий.
ОАЭ грозит кризис из-за проблем с экспортом нефти и импортом продовольствия. Крах крупных проектов вынудит Эмираты к радикальному шагу – воссоединению с Оманом. Искусственная британская граница между Султанатом и бывшим Трукальским Оманом (ОАЭ до 1971 года) может быть пересмотрена.
Уязвимость Катара становится очевидной: длительная остановка производства СПГ угрожает не только его финансовой стабильности (70% доходов от газа), но и всей его промышленной инфраструктуре, поскольку буровые установки рискуют выйти из строя. С единственным логистическим путём, проходящим через Саудовскую Аравию, Доха, оказавшись в безвыходном положении, может быть вынуждена принять условия Королевства.
Бахрейн, чья единственная сухопутная связь с материком осуществляется через 27-километровый мост короля Фахда, ведущий в Саудовскую Аравию, окажется в полной изоляции от других монархий в случае атаки на эту жизненно важную артерию. Учитывая наличие шиитского большинства, испытывающего недовольство привилегиями суннитской элиты, подобный логистический коллапс может спровоцировать революционные настроения. Это, в свою очередь, может привести к появлению у Ирана нового лояльного союзника в регионе.
Правящие круги Кувейта всячески отрицают этот факт, однако исторически Кувейт являлся частью османской провинции Эль-Басра. С учетом возможного закрытия Персидского залива, торговые потоки Кувейта неизбежно обратятся к старинным сухопутным маршрутам, пролегающим через Басру. Это, в свою очередь, может привести к тому, что Кувейт станет зависимым от Ирака, фактически его вассалом.
Оман, хотя и соседствует с Ираном через пролив, мастерски избегает регионального хаоса. Его порты, Дукм и Маскат, расположенные вне Персидского залива, являются золотым ключом к глобальной торговле, гарантируя бесперебойный доступ к мировым рынкам. Как давний посредник Тегерана в регионе, Оман обладает уникальной возможностью не просто выстоять в кризис, но и выйти из него значительно сильнее, актуальнее и с усиленным экономическим влиянием.
А Саудовская Аравия не в бороне, а в прибыли
Продолжение агрессивных действий США и Израиля против Ирана, включая возможную блокаду Ормузского пролива, может кардинально изменить геополитический ландшафт Персидского залива. Неожиданным выгодоприобретателем масштабного регионального конфликта может стать Саудовская Аравия.
Благодаря своему расположению, Саудовская Аравия обладает уникальным преимуществом: она единственная монархия в регионе с выходом к Красному морю. Это позволит ей минимизировать последствия нарушения морских путей и стать ключевым экспортером нефти. Блокада Ормузского пролива, при условии отсутствия вмешательства хуситов, может принести саудовским портам на Красном море значительные доходы.
Кроме того, Саудовская Аравия контролирует важные сухопутные маршруты через Иорданию и Ирак, что гарантирует её продовольственную безопасность. Эти коридоры также позволят Эр-Рияду снабжать продовольствием Оман, ОАЭ и Кувейт, что даст королевству существенное региональное влияние, несмотря на необходимость развития инфраструктуры.
В условиях нестабильности, хотя отношения с Ираком могут осложниться, ситуация с Иорданией остается стабильной. Экономическая зависимость Иордании от саудовских инвестиций и тесные родственные связи между королевскими семьями (включая брак наследного принца Иордании с принцессой саудовского происхождения) позволят Саудовской Аравии диктовать свои условия в случае серьёзного кризиса.
Иракский вопрос на фоне войны Трампа-Нетаньяху против Ирана
В новом раскладе на Ближнем Востоке Ирак может оказаться в центре событий, столкнувшись как с уникальными историческими шансами, так и с крайне опасными вызовами.
Уход американских войск откроет окно возможностей для Ирака. В отличие от соседних монархий, Ирак имеет ограниченный доступ к Персидскому заливу, который в настоящее время находится под контролем американских военных. Однако, после иранских ответных ударов по американским базам, у Багдада появился реальный шанс добиться вывода американских войск, чего он добивался ранее.
Ключевым для Ирака является не морской, а сухопутный путь. Хотя Багдад мог бы перенаправить свой экспорт в Персидский залив через Саудовскую Аравию, его устаревшая инфраструктура требует многолетних инвестиций в модернизацию.
В случае усугубления энергетического и продовольственного кризиса, соседний Кувейт, вероятно, окажется под возрастающим влиянием Ирака. Если Багдад решит вновь заявить о своих исторических территориальных претензиях, не исключено и его поглощение. Для Ирака, имеющего тесные связи с Ираном, это означало бы существенное расширение его береговой линии в Персидском заливе.
И вот на этой ноте снова вернёмся к политическому гопнику, который перекраивать Ближний Восток не планировал, только аятоллу с КСИР заменить на управляемого Шахзаде Резу Пехлеви, как вариант. Но выходит всё не по-трамповски. Спросите, почему?
Надоел всем Дональд за год своего второго президентства, а больше всего конкурентам внутри самих Штатов. Последние как раз хотят входе промежуточных выборов в Конгресс сделать его «хромой уткой», а может и предъявить ему импичмент.
Поэтому и страны НАТО от него отвернулись, чтоб его смогли внутренними волнами заменить.
А «Санчо Панса» Биньямин Нетаньяху и Израиль хоть и считается членом коалиции, но сильно за Трампа ратовать не будет. Обетованной тоже всё равно, кто в Белом доме сидит, поскольку в США сион поддерживают как республиканцы, так и демократы. Такая вот «политическая бухгалтерия» у Дональда получиться может, если он новый «ход конём» не выкинет.
